Пальто и перчатки он принял, но от войлочной ушанки отказался. Существовали всё-таки какие-то границы, и шляпа а-ля Шерлок Холмс находилась далеко за их пределами.
Первая черта, которая бросалась в глаза во внешности Дженкинса, – это его плоская голова. Выглядела она так, будто её верхушку срезали начисто, словно тупой конец варёного яйца. Как так вышло, задавались вопросом люди, что в таком тесном черепе вообще нашлось место для мозга хоть какого-то размера?
На мероприятии царила праздничная атмосфера. Люди сбивались в кучки, курили и отпускали шуточки. Полковник Осборн пожертвовал на нужды группы три бутылки алжирского вина, из которого миссис Даффи сделала пунш с гвоздикой, полосками апельсиновой цедры и ломтиками яблок, каковой вынесла в металлическом самоваре и поставила на перевёрнутый деревянный ящик у подножия крыльца.
Телефон, древний, с трубкой и рожком, в который надо было говорить, держали на столике в нише на выходе из холла, за портьерой из поеденного молью чёрного бархата, словно это была вещь сомнительного вкуса, а потому её надлежало хранить в тайне от чужих глаз.
Одно из главных удовольствий сельской жизни – возводить напраслину на соседей и наносить удары в спину тем, кто богаче и знатнее.
— Ну что, мои дорогие? Дождались великого дня? И светлого, и грустного, да? Десять лет ждали, когда школьный звонок прозвенит для вас в последний раз. Весёлый звон колокольчика открывает вам сегодня дорогу в большую, взрослую жизнь. В ней не всё будет гладко, бывает, ухабы и ямы на дороге этой попадаются, но вот такова она, жизнь. А ещё совсем скоро окажется в ваших руках один из важнейших документов — новенький аттестат об окончании средней школы. А если там будут ещё и пятёрки с четвёрками, то я вам завидую, мне, в своё время не выпало такое счастье.
Отец говорил свободно и убедительно, помогая себе лёгкими жестами. Речь лилась плавным потоком, заслушаешься! В зале стояла тишина, народ внимал его простым словам. Такой на баррикады позовёт, пойдут.
Если б знал тогда Анвар, что в первом же бою, выбивая душманов из кишлака, он упадёт на пыльную землю, сраженный пулей? А их группа, яростно отбиваясь от врагов, ничего не сможет сделать для него, живого или мёртвого? Без сознания, с простреленной головой он будет лежать на скалистом утёсе, продуваемом со всех сторон холодным ветром. Лежать один под бескрайним, бледно-голубым небом. Только белый орёл будет кружить в бесконечной выси, высматривая добычу
Если б знал…
Дом, в котором живут, – это не бездушная коробка. Обитаемое пространство выходит за рамки пространства геометрического.
Дом – это собрание образов, которые дают человеку реально обоснованное или иллюзорное чувство надежности.
Дом в жизни человека вытесняет все разрозненное и случайное, неустанно превознося целостность и преемственность.